Высоцкий, которого не поют.

Tilda Publishing
Новый взгляд молодого театра – с эмоциями, но без гитар
КУЛЬТУРА
Высоцкий, которого не поют.
Tilda Publishing
Новый взгляд молодого театра – с эмоциями, но без гитар
КУЛЬТУРА

Студия «Театр для всех» выпустила ко дню рождения Владимира Высоцкого спектакль «Нерв» в эстетике нарративного театра – решившись не петь знаменитые тексты, а подавать их как актерские миниатюры с полновесной реалистической проработкой. Формат весьма смелый для любительского театра, почтительный к литературной базе и очень личностный.
Спектакль "Нерв" ко дню рождения Владимира Высоцкого
День рождения Высоцкого – важная дата в арт-календаре Стрижей, драйвер ярких художественных акций. Ковидные реалии принуждают к иному масштабированию культурных событий – больших залов не собрать, объемных шоу не устроить. Но смена пропорций – это, согласитесь, не стоп-сигнал, не кнопка «Delete». Арт-жизнь идет. Просто по-другому. И, между прочим, оттенки этого самого «по-другому» оказываются весьма интересными. Таковым оказался и нынешний дар Высоцкому от «Театра для всех» – спектакль по его песням. Которые… не пелись. Актеры студии играли их без вокальной прорисовки – в технике реалистического театра. А поскольку в текстовой базе спектакля было много редких творений Высоцкого – незасмотренных, точнее сказать, незапетых. И это было очень ярко. Порой до ошеломительной эмоциональности.
День рождения Владимира Высоцкого в Новосибирске
По части Высоцкого ведь очень-очень много мемориальных клише. Которые аж с самого лета 1980-го копились. Самое очевидное и самое изнуряющее – это то, что с сарказмом зовется «система Джигурды». Ну есть же система Станиславского. И у Джигурды тоже методологическое наследие имеется. Вот такое: надеваем джинсы-клеши и грубый пуловер, берем гитару, орем-хрипим, рвем струны, опять орем-хрипим, машем патлами, опять хрипим. Всё, аплодисменты, «отбыли Семёныча». Некоторым нравится. Даже многим... Потому что «всамделишно»…
Подобный же восторг у небольших детей вызывают коллекционные автомашинки «М1:43», настольные железные дороги, манекены люксовых магазинов и прочие шедевры макетно-модельного жанра. Джигурда, «отбывающий Семёныча» – это тоже из обоймы подарков неприхотливому «внутреннему ребенку». Тем интереснее наследие Высоцкого, осмысленное принципиально по-другому. «Театр для всех» рискнул стихи Высоцкого не петь, а по-актерски проживать. И получилось тонко. Не случайно и имя спектакля: «Нерв» – именно так называлась первая в СССР книга стихов Владимира Высоцкого – объект, перемещавший поэта с подмостков в сферу книжности, текстовой поэзии.
– Поэтические тексты Высоцкого – очень увлекательный материал, – говорит Екатерина Коноплёва, художественный руководитель студии и режиссер спектакля «Нерв». – Потому что без вокализации (то есть, не в виде песни, а как обычная речь) они имеют иные нюансы. В песне ведь некоторые слова порой как бы «растворяются» в мелодии – ты их слышишь, но эмоциональный рисунок в твоей голове вычерчен нотами, интонациями. А в непесенной подаче слова самоценны. И каждый такой текст, при всей своей миниатюрности, воспринимается как полновесная новелла, как сюжет, который актеру надо проживать. В каждом есть драматургия – это не просто «стих для чтения с выражением», это актерский моно-проект. В этом, наверное, и состоит литературная магия Высоцкого – создавать в рифмованной цепочке слов целые миры. И, конечно, работа с таким материалом – это очень упругий, плотный актерский тренинг. И такая «прокачка» открывает актеру путь к тонкому, оттеночному материалу. Такому, например, как проза Шукшина. Она очень «акварельная», её сценическое переложение – опыт в равной мере и трудный, и увлекательный. Кстати, Шукшин у нас на очереди.
Спектакль «Нерв» в эстетике нарративного театра, в котором решились не петь знаменитые тексты, а подавать их как актерские миниатюры с полновесной реалистической проработкой.
«Театр для всех» родился, можно сказать, в режиме естественного взросления: сначала, в 2017-м, появилась студия детская, и родители, приводившие детей на занятия, «заразились» от них влюбленностью в сцену. И решили создать взрослую труппу. Начали с совместных спектаклей, где родители играли вместе с детьми. А потом взялись и за сугубо взрослый материал. Да, в совместном спектакле, в межвозрастном сюжете присутствие папы или мамы действует на маленького актера ободряюще. Но человеку, постепенно обретающему актерский кураж, со временем хочется миссии бОльшей, нежели родитель или наставник протагониста-ребенка. Так в студии и сложились две труппы, сосуществующие меж собой и в автономии, и в творческом партнерстве.
«Театр для всех» рискнул стихи Высоцкого не петь, а по-актерски проживать. И получилось тонко.
– Наверное, биография театра сложилась так именно потому, что мы изначально взялись за дело вдохновенно и всерьез, – рассуждает Екатерина Коноплёва. – Да, театр и для детей, и для родителей – хобби в чистом виде. Но он, наверное, в принципе хобби особое – не такое как, например, любое рукоделие. Театром ведь нельзя «маленько позаниматься». Это такое дело, которое в принципе нельзя «поделать». Ему можно отдаваться только всей душой – потому это и ощущается даже на уровне самого словесного мышления. Согласитесь, язык не повернется сказать «Я поиграю в театре, поиграю в спектакле» – и ум, и душа воспротивятся такому подобру слов. «Поиграть» – немыслимая словоформа для актера. Только «я буду играть в спектакле, я выступлю». И неважно, какой у актера статус – написано ли у него слово «актер» в трудовой книжке или там какая-то совсем иная строка. Потому что это у него теперь на сердце написано.
поделитесь статьей